Katya Kalashnikova (ketiiiiiiii) wrote,
Katya Kalashnikova
ketiiiiiiii

Google не то, чем кажется. Интересный перевод книжки товарища Ассанжа



На WikiLeaks опубликовали  отрывка из книги Джулиана Ассанжа «When Google Met WikiLeaks». Занимательное чтиво. Государственные перевороты, слежка, сговоры с правительством – чего там только нет.. Оригинал доступен круглосуточно на WikiLeaks, так что все желающие могут ознакомиться с ним в полном объеме.

Краткое содержание:

В середине мая 2011 я находился под домашним арестом в графстве Норфолк, что примерно в трех часах езды на северо–запад от Лондона. Карательные меры против нашей деятельности развернулись тогда во всю и каждый момент тянулся, казалось, целую вечность. В то время трудно было чем–то привлечь мое внимание. Но когда мой коллега Джозеф Фаррел сказал, что исполнительный директор Google хочет условиться со мной о встрече, я весь обратился в слух.

Я был заинтригован тем, что гора идет к Мухаммеду. Но лишь после того, как Шмидт и его компаньоны посетили меня, я понял кем они являлись на самом деле.

Заявленной причиной для встречи стала книга. Шмидт сочинял трактат совместно с Джаредом Коэном, директором Google Ideas. Книга должна была стать руководством к используемым в Google методам «мозгового штурма».


Это был Коэн, который работая в Государственном департаменте, писал CEO Twitter Джеку Дорси по электронной почте с просьбой отложить запланированные технические работы, чтобы содейстовать так и не состоявшемуся в 2009 году восстанию в Иране. Его задокументированный роман с Google начался в том же году, когда он подружился с Эриком Шмидтом, будучи на развалинах Багдада после оккупации Ирака.

 На его личной странице на сайте Совета по Международным Отношениям в его квалификации указано «Терроризм; радикализация; влияние технологий связи 21 века на государственность; Иран».

Всего месяц спустя Шмидт воссоздал внутри Google привычную Коэну среду обитания, разработав внутренний «мозговой центр», разместив его в Нью–Йорке и поставив Коэна во главе. Так появилась Google Ideas.


Позже,  парочка написала для журнала Совета по Международным Отношениям «Foreign Affairs» материал, превозносящий реформаторский потенциал технологий Кремниевой Долины как инструмент внешней политики США" для исполнения обязанности защищать своих граждан по всему миру». Описывая то, что они назвали как «коалиция подключений» («coalitions of the connected»), Шмидт и Коэн утверждают: «Демократические государства, строящие военные коалиции, имеют возможность строить подобные отношения и на основе технологий связи.


Взяв рабочее название «Империя разума» («The Empire of the Mind»), они начали растягивать свою статью до размеров книги, попутно подыскивая большие и значимые имена в мире технологий и глобального влияния, чтобы сделать их частью своего исследования.

Вскоре после публикации, произошли события в Тунисе. Затем Египет, а после и на всем остальном Ближнем Востоке вспыхнули революции . Эхо этих событий предстало настоящим спектаклем в онлайн–медиа для западных интернет пользователей. Профессиональные политические обозреватели, набившие руку на сглаживании событий при описании восстаний в поддержку про–западных диктаторов прозвали случившееся «Твиттер–революциями». Внезапно всем захотелось быть на пересечении точек глобального влияния США и социальных медиа, а Шмидт и Коэн уже застолбили себе местечко на этом поприще.


И они захотели встретиться со мной. Я согласился. Договорились на июнь.
К июлю тем для разговора прибавилось. Тем летом WikiLeaks продолжал со скрежетом перемалывать американские дипломатические документы, публикуя тысячи их еженедельно. Когда, семью месяцами ранее, мы впервые начали выпускать в свет подобную документацию, Хиллари Клинтон осудила нас, назвав это «атакой на международное сообщество» и «разрушением структуры» (“tear at the fabric”) правительства.
Именно это бурление и заставило ребят из Google построить планы на июнь, приземлиться в Лондонском аэропорту и проделать неблизкий путь в Восточную Англию, в Бекклс, Норфолк


Я обнаружил, что Коэн хороший слушатель, но менее интересный мыслитель. Для человека системного ума, убеждения Шмидта – как я понял из нашего разговора – были на удивление обыденны, даже банальны. Он улавливал структурную связь быстро, но  многое затруднялся выразить словами. Шмидт был задумчив.

Как собеседник именно я должен был сделать большую часть беседы. Я стремился посвятить их в мое мировозрение. К их заслуге, я считаю это интервью лучшим, что я им дал. Я вышел из зоны комфорта и мне это понравилось. Мы поели, затем прогулялись по окресностям, продолжая записывать все на диктофон. К вечеру мы закончили и они ушли, вернулись назад в нереальность, в далекие залы информационной империи, а я остался, чтобы продолжить работу.


На этом все было кончено, вернее, так мне тогда казалось.


Два месяца спустя, публикациям дипломатических телеграм Государственного департамента на WikiLeaks настал внезапный конец. Три четверти года мы старательно руководили их изданием, работая с где–то сотней глобальных медиапартнеров, распределяя документацию по их регионам влияния, контролируя систему публикации и редактирования по всему миру, борясь за максимальную отдачу для наших партнеров.
Но вследствие грубой халатности газеты Guardian – нашего бывшего партнера – был опубликован конфиденциальный пароль для расшифровки всех 251 тысячи телеграм.


По темпам распространения этой информации, мы подсчитали, что в течение двух недель большинство спецслужб, наемников и посредников получат доступ к документам. А общественность нет.



Я решил, что необходимо сдвинуть наш график публикаций и сделать все раньше на четыре месяца, а также связаться с Госдепартаментом и сделать им заблаговременное предупреждение. Редактор отдела исследований WikiLeaks Сара Харисон (Sarah Harrison) позвонила в приемную Госдепартамента и сообщила оператору, что «Джулиан Ассанж» хотел бы пообщаться с Халлари Клинтон. Предсказуемо, вначале это утверждение было встречено с бюрократическим недоверием. Внезапно, мы обнаружили себя в ситуации, в которой оказался Питер Селлерс в той сцене «Доктора Стрейнджлава», где он пытался дозвониться в Белый дом чтобы предупредить о надвигающейся ядерной войне, а его оставляли висеть на трубке в ожидании. Также как и в фильме, нам пришлось идти по восходящей, каждый раз разговаривая все с более вышестоящим бюрократом, пока нас наконец не соединили со старшим юридическим советником г–жи Клинтон. Он сказал нам, что перезвонит. Мы повесили трубку и стали ждать.

Когда через полчаса зазвонил телефон, на другом конце линии оказался не Государственный департамент. Это был Джозеф Фаррел, американский сотрудник WikiLeaks, который устроил нашу недавнюю встречу с Google. Он только что получил электронное письмо , с просьбой подтвердить, действительно ли в Госдеп звонили от WikiLeaks.В этот момент я наконец понял, что Эрик Шмидт не единственный лазутчик в Google.


После этого WikiLeaks мы прошерстили письма разведки о Джареде Коэне. Люди из Стратфора, которые считали себя своего рода частным ЦРУ, с ревностью отнеслись к тому, что кто–то желает войти в их сектор деятельности. На их радаре появился Google. В серии красочных писем они обсуждали структуру деятельности, выстраиваемую Коэном под эгидой Google Ideas, предполагая к чему это на самом деле ведет.

Управление Коэна стремилось перейти от связей с общественностью и «корпоративной ответственности» к активному корпоративному вмешательству в международные дела, причем на уровне, который обычно приемлем для государства. Джареда Коэна в шутку стали называть «директором по смену режимов». Судя по информации из писем, он пытался приложить свои руки ко всем главным историческим событиям на современном Ближнем Востоке.

Я начал думать, что Эрик Шмидт блистательный, но политически незадачливый калифорнийский миллиардер,  был использован в американской внешней политике.


Я ошибался...

Читать дальше
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment