Katya Kalashnikova (ketiiiiiiii) wrote,
Katya Kalashnikova
ketiiiiiiii

Моя любимая история

От Джон Шемякин

Кабинет-секретарь Екатерины II Александр Васильевич Храповицкий был для государыни ещё и литературным помощником. Это знают все.



Екатерина Алексеевна очень любила Шекспира. Первой пьесой, которую поставили в России с указанием авторства У. Шекспира, были "The Merry Wives of Windsor". Занималась переводом и обработкой "Виндзорских насмешниц" сама императрица.


Публику нашу она знала. Поэтому пьеса на сцене шла под названием "Вот каково иметь корзину и бельё". На это пойдут!


Узнав, что пьесу решили смотреть иностранные дипломаты, Екатерина Алексеевна название расширила и пьеса стала называться "Вот каково иметь корзину и бельё, комедия в пяти действиях, вольное переложение Шекспира".

И в 1786 году имя Шекспир впервые появилось на русских афишах. До этого на афишах значилось, что "Гамлет" - это господина Сумарокова сочинение. Хотя это почти правда. Учитывая, что у Сумарокова в "Гамлете" хэппи-энд, например.

Храповицкий помогал императрице не только в литературных заботах. Надо составлять "Карантинный устав", он тут! Доделал стихи, где там наш "Карантинный устав"?! Сел за устав, а от императрицы новая пьеса! Устав локтем в сторону. Запасное перо закусил, в чернильницу с размаху и с брызгами рабочее!


Читаю в "Журнале Храповицкого": "15 июня. Сверял с подлинником комедию "Корзина" из Шекспира. 16 июня. Для того же получил "Шамана Сибирского"

Тут я заморгал. Представил себе сверку "Шамана Сибирского" с подлинником "из Шекспира" . Чуть кровь из носа не пошла от напряжения.


Очнулся и вновь к дневнику Храповицкого. Читаю: "4 сентября. Не спал всю ночь. Переписывали мои секретари два экземпляра из "Рюрика" Были поправки князя Потёмкина".


Светлейший руку на пульсе держал. Если матушка-императрица чем-то занялась, то там обязательно должны быть непременные советы Потёмкина. И поэтому Потёмкин, держа кабинет-секретаря за горлышко, вносил поправки в пьесы. Как матёрый театрал и знаток женских сердец.


Глядя на Потёмкина, в дело редактуры подключились и другие явные государственные деятели. Принесли правки пьесы Екатерины Алексеевны про "Вавилонская дщерь Милушу" от Потёмкина, прибегают посыльные от графа Священной римской империи Безбородко. Принесли замечания. Не успели выйти, столкнулись с посыльными от Дмитриева-Мамонова. У него как свежего фаворита тоже имеются театральные идеи! Только обезумевшие секретари Храповицкого в пятый раз переписывают, являются люди от Бецкого. Кипела работа. Толкотня. Вбегают, выбегают, факелы, ржание коней в ночи, эстафеты, эфесы, ордена и ленты. Тарабанят в ворота. Двери ботфортом настежь! Срочно и секретно! Государственной важности! Россия! Государыня! Лично!


Тут я начал что-то подозревать. Потому как прочёл в дневнике кабинет-секретаря: "работал над "Начальным управлением князя Олега, подражании Шекспиру, без соблюдения наших обыкновенных театральных правил"
Ай! Вот так я крикнул на этом месте дневника.


Храповицкий, наверное, слегка утомился грызнёй придворных с их замечаниями. Устал выбегать из спальни, чтобы скорее внести поправки от очередного маститого мыслителя. И стал записывать пьесы, поступавшие от государыни, как шекспировские без разбора. К Шекспиру не пристанут! Не те времена! .. Государыню правьте, а этого не тронете!


Так шекспироведение обогатилось шекспировскими текстами шекспировских опер "Февей" и "Новгородский богатырь Бославич".


"Врете, не возьмёте!" - так, наверное, шептал Александр Васильевич Храповицкий, склонившись над очередным гениальным творением Шекспира, - "Идите и работайте! Устроили тут...Дайте свободы Шекспиру!"

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments