Katya Kalashnikova (ketiiiiiiii) wrote,
Katya Kalashnikova
ketiiiiiiii

Ответ Невзорову

Статья Александра Невзорова об окончании «срока годности» русской литературы, в которой он подвергает сомнению актуальность её классических произведений, получила широкий общественный резонанс.

Это легко понять, приняв во внимание остроту темы, задевающей интересы большинства культурных людей. К сожалению, какой-либо серьёзной критики статья не получила. А она нужна. И не потому, что Александр Невзоров дал какой-то обстоятельный анализ состояния русской литературы в условиях современности — такой задачи он явно не ставил. Однако мнение это весьма распространено, и аргументы, приводимые в его поддержку, приобретают сегодня статус ходячих аксиом обывательской мудрости.

Начнем с того, что мнение Невзорова не является ни новаторским ни оригинальным. Подобные попытки упразднить классику, умалить её значение, поставить под сомнение её актуальность — всё это не ново. Достаточно вспомнить большевистский Пролеткульт, участники которого хотели сбросить классику с «парохода современности». Тогда тоже много говорилось — когда в более резких выражениях, а когда и с несравненно большим талантом — о том, что классика своё отжила и новому обществу ничего дать не может.

Впрочем, аналогия, как известно, не доказательство.

Поначалу кажется, что Невзоров предельно чётко формулирует свои претензии к русским классикам. Но по какой же диагонали нужно читать Достоевского и Толстого, чтобы увидеть у первого только «богоискательскую истерику», а у второго лишь «многословное фэнтези о войне 1812 года»? Неужели и сегодня нужно напоминать о том, что за «богоискательством» Достоевского во весь рост стоит фундаментальный вопрос о свободе человека и путях её достижения, а в «Войне и мире» Толстой ставит куда более важные цели, нежели исторически точное отражение событий отечественной войны 1812 года?

Разумеется, зачастую эти фундаментальные человеческие вопросы ставятся у классиков специфическим образом и облекаются в особую форму — не следует забывать об условиях «места и времени», а именно о том, что православие тогда являлось фактически государственной идеологией, а психология человека царского режима не тождественна психологии современного обывателя. И в этом смысле, конечно, что-то у классиков устарело. Но задача умной критики не в том, чтобы на основании этих чисто формальных различий ставить на классике штамп «Просрочено», а в том, чтобы различать, что устарело, а что до сих пор актуально.

В заметке Невзорова бросается в глаза резкий и, на первый взгляд, нелогичный переход от характеристики русской литературной классики к критике так называемой «духовности». На самом деле, логика здесь присутствует. Ведь сегодня мы действительно наблюдаем процесс освоения и присвоения русских классиков религиозной «братией», на каждом углу кричащей об особой «русской духовности». И в деле «духовной» обработки масс церковь берёт себе в союзники Достоевского и Пушкина, Гоголя и Бунина, а порой даже Льва Толстого, несмотря на его более чем сложные отношения с православием. Односторонне рассматривая их творчество, выбирая лишь «удобное» для пропагандистских целей, церковь старается выставить их ревнителями самодержавия, едва ли не исступлёнными богоискателями, игнорируя присущие их взглядам глубокий демократизм, а порой и богоборчество. В руках и устах наших попов классика в самом деле может показаться одномерной, дидактичной и солдафонской. Но ведь это как в известном анекдоте — судить о таланте Карузо по напевкам знакомого Изи.

Поэтому брезгливое отношение автора к слову «духовность» можно понять. Это понятие сегодня девальвировано, его содержание выхолощено, и оно превратилось в заплатку, которой прикрывают все идеологические дыры режима. Сегодняшняя «русская духовность» — это «чайник Рассела», она вроде бы где-то точно есть, но обнаружить эмпирически её невозможно. Но давайте различать: одно дело «духовность» как оружие идеологической обработки населения, и совсем другое — духовность как реальный фактор человеческой культуры.

Итальянские фашисты в своё время затёрли до дыр слово «свобода», должны ли мы после этого прекратить использовать это понятие?

Ревностная защита научного мировоззрения со стороны Невзорова заслуживает самого горячего одобрения, но всё же ответьте мне на вопрос, какая из перечисленных автором наук занимается нравственными проблемами? Может быть, астрономия и астрофизика или молекулярная биология и структурная геология? Или, может быть, автор статьи, подобно Людвигу Витгенштейну, считает, что таких проблем вовсе не существует?

Ну и одно из самых важных. Автор уверяет нас, что сегодня русская классика «особенно бессмысленна» в силу того, что «языковая и мировоззренческая картина мира сменилась полностью». Нет, пожалуй, более «бородатого» аргумента, чем этот — он стал ходячим софизмом ещё во времена первых авангардистов. Дескать, мир уже не тот. Здесь нужно отметить два момента. Первое: то, что мир изменился — это трюизм, который сам по себе ещё ничего не доказывает. Если уж вы берётесь списывать классику, то нужно не просто констатировать очевидный факт изменения мира, а доказать, что он изменился настолько, что классика действительно стала «особенно бессмысленной», то есть полностью исчерпала свое смысловое значение. Мир меняется каждый год, но где та граница, после которой предшествующая культура подлежит списанию в утиль? Каковы критерии?

Но не менее важен и второй момент. Этот аргумент об устаревании «языковой и мировоззренческой картины мира» при известных условиях может быть обращён против отстаиваемых самим автором позиций. Ведь ссылкой на полную смену «языковой и мировоззренческой картины мира» можно отменить не только Толстого с Достоевским, но и вообще любой пласт культуры до начала XX века: от искусства Античности до философии французского Просвещения. И тогда окончательно падут не только первые древнегреческие материалисты, но и то, что Невзоров назвал в одном интервью «отвоеванным со времен Вольтера пространством». Ведь если мы считаем устаревшей мировоззренческую картину русских писателей второй половины XIX века, то почему не можем считать устаревшей мировоззренческую картину французских философов XVIII века? И на смелые цитаты из Вольтера «наученный» обыватель с полным правом сможет заявить «Дык ведь устарело, батенька!».

Осмелюсь высказать мысль, прямо противоположную авторской: именно сегодня, когда реализуются далеко не бесплодные попытки реставрации в России порядков царского режима, мы можем стать свидетелями вызревания как социальных условий, так и психологических типов, мастерски описанных, раскритикованных и высмеянных классиками русской литературы от Гоголя до Салтыкова-Щедрина. Так о какой же устарелости русской классической литературы сегодня может идти речь?

Источник
Subscribe
promo ketiiiiiiii april 20, 2013 09:54 8
Buy for 100 tokens
Скайп-школа "GLASHA" приглашает на дистанционные уроки развития разговорных навыков с преподавателями из стран англосферы.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 14 comments