Katya Kalashnikova (ketiiiiiiii) wrote,
Katya Kalashnikova
ketiiiiiiii

Последний неизвестный человек

Источник



Ранним летним утром, Сон Йо Ауэр, сотрудник Burger King в Ричмонд-Хилл, штат Джорджия, обнаружил обнаженного мужчину, лежащего без сознания рядом с мусорными баками у ресторана. Еще не рассвело, но мужчина был весь в поту и солнечных ожогах. По нему ползали красные муравьи, а кожу покрывала сыпь. Ауэр в ужасе закричал и убежал обратно в ресторан. К тому времени, как появилась полиция, мужчина очнулся и пришел в замешательство. Полицейский заполнил форму, указав, что «лицо без постоянного местожительства» было найдено спящим, и скорая увезла мужчину в больницу им. Св. Джозефа в г. Саванна, куда 31 августа 2004 года он был принят под именем «Бургер Кинг Доу».

Помимо высыпаний и катаракты, из-за которой он практически ослеп, у Бургер Кинга Доу не нашли никаких других физических повреждений. Он был здоровым белым мужчиной в возрасте пятидесяти с небольшим лет. Его жизненные показатели были в норме. Результаты анализов на содержание в крови алкоголя и наркотических веществ были отрицательными. Как написал его лечащий врач, результаты его лабораторных анализов оказались «на удивление в пределах нормы». Судя по его длинной немытой бороде и грязным ногтям на руках, он прожил трудную жизнь. На возможные старые травмы указывало немногое — три маленькие выбоины на черепе и шрамы на шее и левой руке.



А вот с его психикой определенно что-то было не так. Доу отказывался есть и разговаривать. Он все время держал глаза закрытыми. Стоило врачу коснуться его груди, он начинал молотить руками и ногами. По прошествии нескольких дней Доу сообщил, что прожил в лесу 17 лет. На вопрос о том, как его зовут, Доу ответил: «Здесь меня называют Б. К.». «Нет, я имею в виду ваше настоящее имя» — настаивала медсестра.


Доу перевели в психиатрическое отделение Мемориал, государственной больницы в другом конце города. Он утверждал, что не помнит ни своего имени, ни места, где он жил, ни того, как он оказался в Джорджии. По его словам, он предполагал, что он родом из Индианаполиса и что у него есть трое братьев, хотя он не мог вспомнить ни их имен, ни их лиц. Доу признался, что не может вспомнить ни одного знакомого. Все, что у него было — лишь несколько смутных воспоминаний, картинок: обстановка старого кинотеатра, длинная дорога, идущая через кукурузные поля, пара улиц какого-то города (как он предполагал, Денвера). Единственное, что он твердо помнил — дату собственного рождения, 29 августа 1948 года.



Лечащий врач Доу предполагал, что столкнулся со случаем ложной амнезии. Сознание Доу казалось слишком ясным для шизофрении, и воспоминания о событиях, не связанных с его собственной жизнью, не были затронуты. Например, он прекрасно знал, что на президентском посту находился Джордж У. Буш, и что в 2003 году США во второй раз ввели войска в Ирак. Только его прошлое оставалось туманным.


Прошло 4 месяца с момента обнаружения Доу, и в январе 2005 года его перевели в J. C. Lewis Primary Health Care Center, центр для бездомных и нуждающихся в центре Саванны. Майклу Эллиоту, который контролировал работу центра, он сказал, что устал от того, что все вокруг называют его «Б. К.». По его мнению, его настоящим именем было «Бенджамэн», которое писалось именно таким необычным способом, через «э». Он не мог вспомнить свое второе имя и остановил свой выбор на имени «Кайл» в качестве временной замены до того момента, пока его настоящее имя не «найдется».



Бенджамэн Кайл довольно быстро превратился в любимчика всех медсестер, которые по очереди пытались «разогнать» его память, забрасывая его бесчисленным множеством вопросов. Он подолгу засиживался в крошечной библиотеке центра. Он был неисправимым льстецом и все время вызывался помочь. Он разносил еду, заправлял кровати и мыл полы. Из-за катаракты он мог видеть только на расстоянии нескольких шагов вперед, поэтому он описывал маленькие круги шваброй вокруг собственных ног и продолжал в таком духе, пока весь пол не был вымыт. За неимением установленной личности, он таким образом приобрел временный статус части рабочего коллектива.



Через два года после того, как Кайл поселился в приюте, Кэтрин Слэйтер, сиделка средних лет, с материнской добротой относящаяся к своим подопечным, преисполнилась решимости помочь Кайлу понять, кем он был.



«Я подсчитала тогда: чтобы выяснить его настоящее имя, потребуется максимум полгода. Кто-то должен был знать его. Он же не с неба свалился», — вспоминала потом Слэйтер.



Она ошибалась. На протяжении многих лет каждая попытка установить личность Бенджамэна Кайла оканчивалась неудачей. Полиция, ФБР, журналисты, эксперты по пропавшим без вести, бесчисленное множество детективов-любителей — все они пытались выяснить, кем был Кайл, и все оказывались в тупике. Невероятно, но казалось, что у него не было не только зарегистрированного имени, ему недоставало и прошлого, и происхождения. Правительство не смогло найти ни одного упоминания о прошлой жизни Кайла. Еще более удивительным было то, что, похоже, ни один человек не узнавал его. Его фотографии часто появлялись на телевидении и в интернете, их видели миллионы людей, и все же ни один не появился и не сказал, что знаком с Доу. Прошло десять лет с того момента, как его нашли среди мусорных баков возле Burger King, а он все еще носил имя Бенджамэн Кайл.


В наше время документооборот и уровень контроля достигли небывалых масштабов. Возможности правительства следить за нами — равно как и наши собственные возможности следить друг за другом — никогда не были столь широки. Сверхмассивы данных; Агентство Национальной Безопасности, прослушивающее телефонные разговоры; социальные сети; телефоны с камерами; кредитные истории; криминалистический учет; дроны — мы все наблюдаем и наблюдаем, фиксируя каждый шаг. И все же, вот он — человек, который, как оказалось, существовал вне всего этого, кто-то, кому удалось вырваться из современной матрицы наблюдения. Его состояние — слепой, без имени, без памяти — казалось притворным, такое аллегоричное несчастье могло приключиться лишь с персонажем из произведений Сарамаго или Борхеса. Он жил на обочине, за теми границами, которые были обозначены полицейским государством. А то, что мы предпочитаем не замечать таких людей, людей на обочине, дает им возможность исчезнуть.



Несколько столетий назад анонимность была редкостью. До Индустриальной революции большинство людей до самой смерти жили в тех же сельских городках или деревнях, где и родились. Все соседи с первого взгляда узнавали друг друга. Редкие приезжие сразу привлекали к себе внимание. Удостоверения личности брали с собой только путешественники. Церкви выполняли функцию неофициального органа регистрации рождения, но ни у одного государственного учреждения не было необходимости следить за тем, кто есть кто. Личность каждого была общеизвестна. Ваше имя, ваша семья, ваше происхождение — все это следовало за вами всю жизнь.



Затем в 18 веке эти замкнутые сельские жители, привлеченные возможностью работать на фабриках, потянулись в города. По мере того, как люди пересекали границы и сменяли профессии, стирались традиционные черты, отличающие определенные регионы или общественные классы, такие как одежда, манера говорить или держаться. Порядок, заведенный раньше, пришел в негодность. «До этого бизнес и ведение дел основывались на доверии. Но затем люди стали более настороженными, ведь в современных городах люди могут быть совсем не теми, за кого они себя выдают. Они могут быть кем угодно и происходить откуда угодно» — пишет социолог Саймон Коул.



Чувствуя себя окруженными, обеспокоенные таким морем незнакомцев, власти искали способ каким-то образом закрепить за ними за всеми имена. При этом особое внимание уделялось преступникам. С момента, как люди отказались от практики клеймения преступников или уродования их ушей, у полиции не было достаточно надежного способа понять, что человек уже когда-то преступил закон. В крупных департаментах были собраны фотографии огромного числа преступников, но эти фотографии были неточны. Люди могут быть похожи друг на друга, кроме того, внешность можно изменить. А чтобы найти историю правонарушений подозреваемого, нужно было пролистывать одну за другой сотни тысяч фотографий. Начальники полиции начали премировать каждого сотрудника, которому удавалось узнать преступника.


Такая методичная идентификация населения постепенно стала одной из обычных функций власти. Был создан колоссальных размеров бюрократический аппарат, и в его обязанности входило определение личностей не только преступников, но и обычных граждан. К 20 веку правительство США взяло на себя функцию учета рождаемости и смертности. Водительское удостоверение и номер социального страхования стали необходимыми документами для установления личности. Обязанность предоставлять выданное государством удостоверение личности постепенно стала частью повседневной жизни, необходимым условием для всего, начиная от покупки алкоголя и заканчивая выдачей ипотеки. Паутина этих операций постепенно опутала каждого, неотвратимо превращая его в отделенную от остальных, четко установленную личность. «Любая метаморфоза стала невозможной» — пишет французский историк Ален Корбен. Вся наша современная действительность, если вкратце, создавалась с той единственной целью, чтобы люди вроде Бэнджамэнов Кайлов никогда не существовали.


Слэйтер начала попытки установить личность Бенджамэна Кайла, рассчитывая, что его кто-то ищет. Она просматривала сайты с информацией о пропавших, выкладывала фотографии Кайла на форумах с объявлениями, спрашивала о том, узнал ли его кто-нибудь. Но никто не узнавал.


Спецагент Билл Кирконнелл согласился снять отпечатки пальцев Кайла и пробить их по национальной базе данных ФБР. База отпечатков пальцев ФБР признана самой большой в мире, в ней содержится более 113 миллионов комплектов отпечатков. Помимо этого, ФБР выложили фото Кайла в разделе пропавших без вести. На памяти Кирконнелла, это был единственный человек, объявленный пропавшим без вести, при том, что в ФБР знали, где он. Но ни отпечатки пальцев, ни фотографии не дали никаких зацепок. Кирконнелл отправил отпечатки в Интерпол и в Федеральную исполнительную службу США с тем, чтобы проверить, не участвует ли Кайл в программе защиты свидетелей. Но ему ничего не удалось выяснить.


Документальный сериал под названием «Кто я такой?» был выпущен 16 октября 2008 года. Его посмотрело более миллиона человек- никакого эффекта...



В феврале 2009 года к Кэтрин Слэйтер обратилась женщина по имени Коллин Фитцпатрик, которая назвала себя «генеалогическим следователем». Коллин получила степень доктора физических наук в Университете Дьюка и основала у себя в гараже собственную компанию, где разработала лазерно-измерительное оборудование для NASA. В начале девяностых Фитцпатрик занялась генеалогией и написала несколько книг об и использовании базы данных ДНК и информации из открытых источников для изучения истории своей семьи. Вскоре она начала проводить генеалогические консультации по сложным случаям, например, помогла установить подлинность останков ребенка, найденных на Титанике и установила личность человека по замерзшей руке, лежавшей в снегах Аляски со времен авиакатастрофы в 1948 году. Получив от коллеги просьбу о помощи по делу Кайла, Коллин охотно согласилась.



Фитцпатрик посчитала Бенджамэна дружелюбным и общительным человеком. Как и Слэйтер, она не могла поверить, что нет никого, кто бы хотел его отыскать. Коллин начала свои поиски с публикации статей о Кайле в газетах Индианаполиса, Денвера и Боулдера, а также связалась с департаментами по регистрации транспортных средств штатов Джорджия, Колорадо и Индиана и через них организовала поиски с распознаванием лиц на водительских удостоверениях. Кайл был твердо убежден, что дата его рождения — 29 августа 1948 года, поэтому Фитцпатрик проверила базы данных по рожденным в этот день. Она также изучила свидетельства о рождении, церковные записи и документы о призыве на военную службу. Помимо этого, Коллин распространила листовки на нескольких людных мероприятиях в ресторанах, и отправила их по почте в ряд приютов для бездомных в Индиане. По настоянию Слэйтер, Кайл даже посетил гипнотизера, который так и не смог вытащить из него никакой информации.



Затем Фитцпатрик занялась изучением тела Кайла. Бенджамэн не носил обручального кольца, у него не было татуировок или родимых пятен, но были замечены несколько шрамов. Шрам длиной примерно 2,5 сантиметра над ключицей, похоже, свидетельствовал о факте удаления шейного межпозвоночного диска. Также присутствовали два дугообразных, примерно параллельных шрама, идущих поперек левого локтя. Кайл подозревал, что шрамы на локте связаны с падением с загрузочного дока в Индиане, когда ему было 20-30 лет. Был сделан рентгеновский снимок локтя, который показал, что кости соединены винтами. Однако тип винта был слишком распространенным для того, чтобы пытаться отследить его происхождение.



Наконец, Фитцпатрик заглянула еще глубже, в исследование генома Кайла. Она была в курсе, что ФБР уже брало образцы ДНК Кайла для проверки по своей базе данных из 7 миллионов человек, но так и не обнаружило совпадений. Но Фитцпатрик не искала совпадения: ее интересовали родственники.



За последнее десятилетие несколько компаний создали большие частные базы данных ДНК. Они намного меньше аналогичной в ФБР, каждая из них не превышает количества 2 миллионов человек, но клиенты могут прислать образцы своей слюны, чтобы узнать, состоят ли они в родстве с кем-либо из тех, кто тоже сдал образец. При помощи набора для анализа, бесплатно предоставленного службой 23andMe, Фитцпатрик отправила на исследование образцы Кайла. Теоретически, при помощи полученных результатов она могла построить генеалогическое древо, и, начав работать от ветвей дальних родственников, в конце концов спуститься к стволу: родителям Кайла.



Тесты показали, что значительная часть ДНК Кайла совпала с набором ДНК некой семьи Пауэлл. Это не обязательно означало, что его настоящая фамилия Пауэлл, однако можно было утверждать, что у него с этой семьей есть общий родственник, где-то в пределах последнего столетия. Также по всей видимости существовали близкие генетические совпадения с населением западных частей Южной и Северной Каролины, в особенности это касалось округов Пикенс и Трансильвания. Фитцпатрик поместила фото Кайла в трансильванскую газету и начала связываться с людьми по фамилии Пауэлл, чтобы взять образец их ДНК. После более чем года работы, потратив сотни часов, она, наконец, почувствовала, что находится на грани прорыва.



«Я была близка, это был всего лишь вопрос времени», — вспоминает Фитцпатрик. Ее изначальное любопытство превратилось в настоящую одержимость. Фактически, выяснить судьбу Кайла стало ее идеей фикс.


Несколько совпадений ДНК указывали на близкое родство с человеком по имени Абрахам Лавли Пауэлл, жившим в 19 веке. Исследовательница пришла к выводу, что почти все далекие предки Кайла были выходцами из северной Европы, а дедушка с бабушкой по отцовской линии, как и их родители, возможно, жили на юге Америки.


Последняя зацепка всплыла случайно. Генеалог из Северной Каролины, член семьи Пауэлл, увидела на Facebook запись и взяла образцы ДНК у нескольких родственников. Эти образцы помогли воссоздать еще несколько веток на генеалогическом древе Кайла.



Несмотря на это, по-прежнему оставалось слишком много вероятных Пауэллов. Когда им удалось отследить настоящего родственника, выяснилось, что он умер в Индиане. И в то время как большинство Пауэллов были протестантами, эта семья была католической. В альбоме выпускников 1967 года Средней школы Лафайетта, штат Индиана, женщина наконец-то разыскала фото подростка в больших очках в черной пластиковой оправе. Его улыбку с морщинками по бокам глаз и узкое вытянутое лицо нельзя было не узнать. Его звали Уильям Бёрджесс Пауэлл.



Как выяснилось, Кайл был прав почти во всем, кроме собственного имени. Уильям был вторым сыном Фурмана и Марджори Пауэлл. Он родился в Лафайетте, в часе езды от Индианаполиса. Будучи ребенком, он посещал католическую школу. Его отец погиб в результате несчастного случая на лодке в 1969 году, а мать скончалась от рака в 1996. И у него было три брата: Фурман мл., Томас и Роберт. Томас умер рано, но Фурман мл. и Роберт были все еще живы. Роберт, младший из братьев, жил во Флориде, в то время как Фурман, самый старший, по-прежнему жил в их семейном доме в Лафайетте.


«Мне стало намного легче, — говорил Кайл, — это было одно из тех воспоминаний, за которые я цеплялся, чтобы оставаться в здравом уме». Какое-то время он помолчал и произнес голосом человека, который только что плакал: «Из тех маленьких фактов, в которых я был точно уверен».



Дом Пауэллов в Лафайетте — это крепкое двухэтажное здание в стиле времен королевы Анны, построенное в 1880 году, и пришедшее в страшный упадок.


Фурман вполне походит на брата Уильяма. Он ниже ростом и его седина глубже, но у них обоих узкий нос и усы-швабра, а их речь — тонкий тембр, акцент, и даже монотонный говор — звучит до жути одинаково. Из-за несчастного случая на армейских учениях у Фурмана сломаны два позвонка: он страдает от почти непрекращающейся боли и нарушений памяти. Похоже, что Уильяму, утратившему долговременную память, предстоит вернуться к брату, который повредил кратковременную.



Быт Пауэллов был беспокойным и пугающим. Мать Марджори страдала патологическим накопительством, забивая шкафы неношеной одеждой и фарфоровыми ангелами. Фурман старший был тихим, но раздражительным человеком и много пил. Он редко рассказывал о военной службе, но Фурман младший подозревает, что теперь ему поставили бы диагноз «пост-травматический синдром». Еще в ранней юности любимчик матери Уильям начал испытывать на себе гнев отца. Фурман не описывал подробности отцовских издевательств, но сказал, что они были жестокими и происходили регулярно. «Кто старое помянет, тому глаз вон», — подытожил он. Тем не менее, мне показалось вполне возможным, что длительное жестокое обращение — когда один перенесший травму человек вымещает свою боль на другом — привело Уильяма к диссоциативной амнезии.



За несколько лет в Лафайетте Уильям успел поработать в бессчетном множестве мест — уборщиком в стриптиз-клубе, складским грузчиком на фабрике, разнорабочим в кинотеатре. В 1973 году в возрасте 25 лет он поселился в нескольких километрах от Лафайетта и стал жить там в трейлере.


В 1976 году Пауэлл исчез. После того, как он однажды не пришел на ужин, кто-то из детей решил проверить его трейлер. Там он нашел все вещи Пауэлла, — магнитофон, инструменты, книги — но не его самого. Спустя несколько дней автомобиль Пауэлла, красный Rambler 1966 года, был найден брошенным в нескольких километрах вверх по реке недалеко от плотины Окдэйл. Родные Пауэлла стали опасаться худшего. Фурман обратился в полицию с заявлением о пропавшем без вести.



Полиция, однако, быстро нашла Пауэлла. Он жил в Боулдере, Колорадо, и работал поваром в семейном ресторане Azar's. (Пауэлл помнил, что в ресторане Azar's плохо обслуживали. Он немного расстроился, узнав, что был там поваром. Он мне сказал: «Еда там была не очень вкусной».) Озадаченный Фурман писал ему письма, но Уильям ни на одно не ответил. Годами никто не получал от него ни весточки.



Их мать, по словам Фурмана, так и не оправилась от утраты своего любимого сына. Когда она умерла в 1996 году, Фурман и Роберт уладили вопросы насчёт ее имущества, и Фурман попросил своего друга в военной разведке поискать информацию о брате и узнать, можно ли с ним связаться. К его удивлению, никаких данных о Уильяме Пауэлле не было — ни телефона, ни адреса, ни данных о кредитах. Как будто его и не было никогда. Когда Фурман видел Уильяма в последний раз, тот много пил и курил. Фурман постепенно привык к мысли о том, что его брат умер.



Почему Пауэлл исчез? Этого как будто бы никто не знал. Согласно заявлению о пропавшем без вести, которое Фурман подал в полицию, Пауэлл работал в кинотеатре в центре Лафайетта, а потом уехал в Колорадо.


Решение покинуть Индиану было спонтанным. Пауэлл недавно получил небольшую компенсацию от предыдущего работодателя за то, что во время работы поскользнулся на заледенелой пристани и сломал руку. Он сложил свои пожитки и ехал всю ночь и следующий день через Иллинойс, Миссури и просторные кукурузные поля Канзаса.


Раскрытие личности Бенджамэна Кайла дало ответ на один вопрос, но породило другой: что он делал почти тридцать лет с тех пор, как кто то видел его в Колорадо и до того летнего утра, когда его обнаружили голым и без сознания возле Burger King в Джорджии?



Когда Пауэлл сбежал из Индианы, он оборвал почти все оставшиеся контакты в своей и без того уединенной жизни. Согласно данным о доходах в Администрации социального обеспечения, он работал в нескольких ресторанах Денвера с 1978 по 1983 год, но после этого ни о каких доходах Уильяма Пауэлла данных не было. До 2004 года не поступало никакой информации о его существовании. Никаких документов, которые должны быть у среднестатистического взрослого человека — ни адреса, ни телефона, ни штрафов за нарушения ПДД, ни судебных исков, ни долгов, ни свидетельств о браке, ни документов о разводе.



На первый взгляд кажется поразительным, что человек может прожить два десятилетия, не оставив следов. И все же в этом плане Пауэлл не был уникален. Многие люди настолько же оторваны от мира, как Бенджамэн Кайл. По данным Департамента Юстиции, каждый год тысячи людей умирают в одиночестве неопознанными и их хоронят в безымянных могилах. Это самые изолированные члены общества: старики, бездомные, неучтенные иммигранты вдали от дома — люди, вытолкнутые на край общества. Как и Пауэлл, они оказываются лишены всякой связи со своим правовым статусом.


Только благодаря сбою своего мозга Пауэлл утратил свою личность при жизни, а не после смерти. Умри он у свалки в Ричмонд-Хилле, его труп не стал бы объектом национального интереса и горячих обсуждений, а остался бы навеки в безымянной могиле. Вместо этого он воскрес дважды: сначала как Бенджамэн Кайл, а затем как Уильям Пауэлл.



Мы можем никогда и не узнать о том, как жил Пауэлл в эти таинственные годы. Может, он был бездомным или бродягой, подрабатывал то тут, то там, получал серую зарплату. Может, он жил в отшельничестве, обустроившись глубоко в лесу. Скорее всего, он мало знакомился, мало зарабатывал, не совершал преступлений, не получал пособий. В какой-то момент для чиновников Уильям Берджесс Пауэлл перестал быть значимой персоной. И это в конце концов позволило ему обрести окончательную анонимность.

После судьбоносного звонка Пауэлл несколько месяцев работал над восстановлением своей старой личности. Он запросил свое свидетельство о рождении и новую карту социального обеспечения, стал разговаривать с Фурманом по телефону. Ему было странно слышать с того конца голос, так похожий на его собственный .



В октябре 2015 года Пауэлл вместе с командой документалистов телевизионного реалити-шоу отправился в Лафайетт, чтоб увидеться с Фурманом впервые с того дня, когда он сбежал в Боулдер. Пауэлл все еще не любит чужих прикосновений, но когда он увидел своего брата, они обнялись.



Несколько дней Пауэлл встречался с недоверчивыми кузенами и слушал истории о себе. Они называли его «Билл», к чему он все еще не мог окончательно привыкнуть. Но никого из них он не узнавал и их воспоминания воспринимал с долей скептицизма.



«Они мне рассказывают о чем-то, пропущенном сквозь 50 лет воспоминаний. И видит Бог, такие вещи со временем меняются. В любом случае, я знаю, каким я был человеком. Не думаю, что это изменилось. Я сразу говорил, что не убивал людей топором. Пока что никакого опровержения я не услышал»



Один из кузенов, семейный историк, дал Пауэллу копию его генеалогического древа, и тот обнаружил, что ему нравится водить пальцем по линиям родства.



«Сама мысль о том, что я произошел от вот этих вот людей, когда я смотрю на эти имена… Теперь у меня есть история», — пояснил он.



Через два месяца, в конце 2015 года, Пауэлл решил вернуться в Индиану. Он боялся, что Фурман совсем ослабнет и не сможет сам содержать дом. Пауэлл собрал свои вещи — велосипед, инструменты, 1200 DVD-дисков и кое-какие поварские принадлежности из ресторанчика — в грузовик для переездов, оплаченный продюсерами реалити-шоу. Он нашел маленький дом на две спальни в рабочем районе Лафайетта, в пяти минутах езды на велосипеде от дома, где он рос.



Первые два месяца в своем новом доме Пауэлл провел под электрическим одеялом. Температура падала ниже —10, а теплоизоляции в доме не было. Он жил на пособия и, опасаясь неподъемного счета за отопление, поддерживал в доме температуру 12°C. Однако ему все равно нравилось жить одному и ни от кого не зависеть. Через несколько недель он подружился с соседями, чинил их приборы, подкармливал их собак. О своем прошлом он никому не рассказывал. Он несколько раз в неделю виделся с Фурманом, но в доме своего детства еще не побывал. Что бы там ни случилось, что бы ни вынудило его сбежать в 16 лет и отказаться от собственного имени — вспоминать это было слишком больно.



Пауэлл боялся, что, когда он обживется в Лафайетте, к нему вернется больше воспоминаний из жизни, которую он сейчас не помнит. «Страшно думать, какими они будут, когда вернутся», — признается он.



Почему он выбрал имя Бенджамэн? Пауэлл на минуту задумался.


«Я где-то читал, что это древнееврейское имя — ответил он. — В переводе — любимый сын».
Subscribe
promo ketiiiiiiii april 20, 2013 09:54 9
Buy for 100 tokens
Скайп-школа "GLASHA" приглашает на дистанционные уроки развития разговорных навыков с преподавателями из стран англосферы.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments