Katya Kalashnikova (ketiiiiiiii) wrote,
Katya Kalashnikova
ketiiiiiiii

Это просто чума

Источник

В декабре 1939 года Москву чудом спасли от эпидемии чумы. Инфекцию в город случайно завез саратовский эпидемиолог Абрам Берлин, испытавший на себе экспериментальную вакцину. Спас же всех обычный терапевт Симон Горелик – он заперся с пациентом в подвале Первого меда, там же вместе с ним и умер.



Последняя наиболее массовая эпидемия чумы произошла на Дальнем Востоке в 1910-1911 годах. Её жертвами стали около 100 тысяч человек. Это была лёгочная чума, и смерть от неё наступала в ста процентах случаев – причём за три-пять суток с момента заражения. За время эпидемии погибло 942 медика из России, Китая и Франции.



Применение противочумной лимфы Хавкина и сыворотки Йерсена помогало сократить количество заболевших, но глобально ситуацию не улучшало. Лишь в начале 30-х годов французским ученым удалось создать по-настоящему эффективную противовирусную вакцину. Они выделили штамм чумного микроба и сделали его безопасным для человека. Его назвали EV – по инициалам девочки, из трупа которой он был извлечён. Вакцина на его основе оказалась безвредной и высокоиммуногенной. Она стала одним из немногих шансов на спасение от чумы, хоть и с кучей оговорок.


В конце 30-х годов в СССР наконец-то попал французский штамм – привез его доктор Жорж Жирар, который его и вывел. Сначала его получил Государственный институт микробиологии и эпидемиологии Юго-Востока СССР – саратовский НИИ «Микроб». Группа ведущих учёных этого института – Абрам Берлин, Виктор Туманский и Евгения Коробкова – с трудом, но все же выбили из Москвы согласие провести испытания на самих себе. В 1939 году они изолировали себя от мира и запустили в свои организмы по 250 миллионов бацилл. И подтвердили, что бациллы «ручные» – всё прошло без осложнений.


Однако история имела продолжение. Вскоре после испытания штамма чумы на себе Абрам Берлин выехал из Саратова в Москву – его срочно вызвали на коллегию Наркомздрава. Он остановился в гостинице «Националь», посетил парикмахерскую, после зачитанного доклада в Наркомздраве отобедал с коллегами в ресторане. Однако вскоре Берлин занемог – вызванный врач Михаил Россельс диагностировал крупозную пневмонию. Его госпитализировали в клинику Первого Московского мединститута, известную как Ново-Екатерининская больница. И вот там уже был поставлен настоящий диагноз – лёгочная чума. Диагностировал его дежурный врач Симон Горелик – выпускник Сорбонны и Женевского университета, ассистент кафедры терапии Первого мединститута.


Горелик не выбирал эпидемиологию своим научно-практическим интересом – терапевты чаще мечтают о тихой спокойной практике в светлом кабинете. Но столкнувшись с чумой вот так внезапно, посреди дня, повёл себя крайне профессионально. Он изолировал больного, разослал сообщение коллегам-инфекционистам и – по факту контакта с инфицированным – поставил себе тот же самый диагноз. Вместе с Берлиным они заперлись в одном из помещений в подвале больницы и вскоре умерли один за другим. Горелик до последнего часа опекал умирающего Берлина и пытался облегчить его страдания.


Организацией карантина для всех контактировавших с Берлиным занимался НКВД. Девять членов коллегии Наркомздрава, парикмахер, врач, персонал гостиницы «Националь» и люди, заставшие Берлина в приемном покое больницы – всех их срочно свозили на спецпункт в больницу на Соколиной Горе. Слово «чума» во избежание паники организаторами карантина не употреблялось. Вся акция инсценировалась под обычные аресты, которыми в то время мало кого можно было удивить.

В Ново-Екатерининской больнице посреди этой вакханалии патологоанатому Рапопорту рассказали следующее: в дверь квартиры пожилого врача Россельса, направившего Берлина в больницу, позвонили, как водится, ночью. Жена открыла и убедилась в наихудших подозрениях. В семье и так было горе – накануне умер сын. Приход энкавэдэшников в дом едва не добил стариков. Россельс стал собирать «тревожный» чемодан, хотя визитёры просили ничего с собой не брать. Всю дорогу в машине он мучительно выискивал в своей голове причины, по которым его можно было бы арестовать, но ничего путного на ум не приходило. Размышления прервались, когда машина остановилась у подъезда Ново-Екатерининской больницы.



Его встретил профессор Лукомской и тут же стал рассказывать, с каким заболеванием Россельс на самом деле отправил пациента к ним в приёмный покой. Освобождённый от мнимого репрессивного будущего, перевозбуждённый доктор попросил только одного: позвонить жене. И Лукомской ему, конечно, разрешил. Тот взял трубку, набрал номер и, когда на другом конце ответила супруга, взволнованно заговорил: «Это я. Я звоню из Ново-Екатерининской больницы. Подозревают, что я мог заразиться чумой от больного. Поэтому не волнуйся, оказывается, ничего страшного, о чем мы с тобой думали. Это просто чума!»



Вскоре после Берлина и Горелика умер парикмахер из «Националя» – его имя так и осталось неизвестным. К счастью, все остальные инфицирования избежали. Ничего страшного не произошло и с коллегами Берлина, которые вместе с ним испытывали штамм чумы на себе. И Туманский, и Коробкова остались в живых и – что немаловажно – на свободе. Среди врачей ходили слухи, что когда Сталину донесли о происшествии, он после долгого молчания сказал лишь: «Снова евреи…» Ни о каких карательных мероприятиях не обмолвился – более того, многие участники ликвидации возможной эпидемии получили ордена и премии.



Абрама Берлина посмертно награждать, конечно, никто и не думал. Но мнения насчет его вины в этом деле расходятся. Одни источники говорят, что после вакцинации он всё-таки не выдержал карантин – хотя он был очень опытным специалистом . Другие напоминают, что в описаниях истории лёгочной чумы есть много примеров нестандартного развития болезни.

В январский день 1940 года просмоленный гроб с телом А.Л Берлина был вывезен из изолятора больницы в Донской крематорий. Прах Абрама Львовича Берлина покоится в главном зале бывшего Донского крематория , вблизи алтарной части восстановленного храма. Здесь же покоятся его жена-пианистка и сын.

Тогда же, в 1940 году, появились строки Константина Симонова, посвященные памяти погибшего ученого: «Всю жизнь лечиться люди шли к нему. Всю жизнь он смерть преследовал жестоко. И умер, сам привив себе чуму, последний опыт кончив раньше срока».

Одна маленькая деталь из жизни доктора Горелика: оказывается, в тот роковой день, когда больной А.Л. Берлин поступил в Ново-Екатерининскую больницу, Симон Зеликович дежурил в последний раз: он получил назначение на административную должность в Казахстан и должен был уехать.

Брат доктора, Абрам Зеликович Горелик (литературный псевдоним А. Лежнев), был известным в 20-е и 30-е годы литературоведом, впервые показавшим, что Шолохов не может быть автором "Тихого Дона". Был арестован в 1938 году и расстрелян.

Чем через полгода после гибели мужа жена доктора Горелика, Эмилия Яковлевна, медицинская сестра, была арестована и погибла в тюрьме. В квартиру Горелика на место жены въехал следователь, ведший "дело" Эмилии Яковлевны, составив "приятную" компанию его дочерям, Мире и Лее.

Таким образом власть "наградила" героя, который ценой своей жизни спас столицу от эпидемии смертельной болезни.

В энциклопедиях Симон Горелик упоминается только как отец известного радиофизика - Габриэля Горелика, автора книги "Колебания и волны", хотя случай с чумой ныне широко известен.

Сейчас в Москве проживает внук доктора, профессор Андрей Горелик, заведующий кафедрой оптико-злектронных систем Московской Государственной Академии Приборостроения и Информатики. Он помнит деда молодым и полным сил. "Отец надеялся, что дед справится с чумой, что он выживет - он был таким крепким и сильным", говорит Андрей Габриэлович.

Старшая дочь Мира была замужем за Лухмановым, заместителем начальника контрразведки Дальневосточного края, который был арестован в конце 30-х годов и получил 10 лет без права переписки, то есть расстрел; Мира рано умерла. Младшая дочь Лея с сыном Михаилом Всеволодовичем Ломоносовым в 1992 году эмигрировала в Израиль. М.В. Ломоносов - математик, сейчас - профессор Университета в Беэр-Шеве


Subscribe
promo ketiiiiiiii april 20, 2013 09:54 8
Buy for 100 tokens
Скайп-школа "GLASHA" приглашает на дистанционные уроки развития разговорных навыков с преподавателями из стран англосферы.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments