?

Log in

No account? Create an account

ketiiiiiiii


Иммиграционный консультант


Previous Entry Share Next Entry
Эта книга сильнее , чем "Архипелаг" Солженицына
ketiiiiiiii
Источник

Первоначальное Евгении Гинзбург назвала свою книгу «Под сенью Люциферова крыла» и лишь потом переименовала в "Крутой маршрут"

Я думаю о ней вот уже несколько дней, после того как, в который раз, перечитала ее книгу. Читаю раз в десять лет. Она ощущается все более актуальной.



«это не роман и не какой-либо другой из распространённых жанров литературы, это — исполненное боли эхо нашего недавнего прошлого, которое, тем не менее, не может не отозваться в человеческой душе полузабытым страхом и содроганием. Вещи, о которых здесь идёт речь, с трудом постигаются обычным человеческим разумом, хотя при чтении этих строк нигде не возникает и тени сомнения в их искренности и достоверности", написал в предисловии Василь Быков

Евгения Гинзбург прошла ад полного бесправия. Была репрессирована в 1937 году, отбывала ссылку в Магадане.
Заключенных везли туда на поезде через всю страну

Жизнь и смерть проходили по краю мелких случайностей. Если поезд качнуло, и вода расплескалась, ты умирал. Кормили супом с солеными селедочными хвостами. Стандартный рацион. И стакан воды. Степень унижения и обреченности этих женщин трудно себе вообразить. Однако многие из них продолжали жалко верить в величие усатого коммунизма. Я думала, почему.

In my humble opinion, это происходило потому, что во-первых, все они были пламенными коммунистками и не могли, не хотели признать, что идея, которой они себя посвятили, была глубоко порочной и бесчеловечной.

Во-вторых, многие из них сформировались еще под влиянием иллюзий русской интеллигенции 19 века о концентрации каких-то высокодуховных качеств в людях физического труда - в “народе”, в “сермяжной правде”, сформировались под влиянием исторической вины за собственное “тунеядство”, не связанное с физическим трудом. Это были первые ласточки левых идей исторического стыда - в их случае, за крепостное право.

Мощное обесценивание всего интеллектуального, существование на каких-то задворках класса -гегемона, было внушено этим людям. Многие действительно верили, что страдание, труд очистят, искупят, возвысят. Эти умирали от алиментарной дистрофии и цинги первыми.


Эта женщина пережила все. Нечеловеческие условия концлагеря, смерть старшего сына в голодном Ленинграде, разлуку с младшим, Васей, которого после ареста родителей отправили в дет.дом, арест и смерть родителей, , смерть друзей; восемнадцать лет - лучшие годы!- проведенные в состоянии, при котором каждый сталинский капо, облеченный властью, может распорядиться твоей жизнью. Одним взглядом. Одним росчерком.

Власть Тьмы. Власть вохры.
Но даже полярные зимы всегда проходят.

Она услышит Баха по радио в тот день, когда хитин небожителя- Тараканища хряснул под неумолимыми тяжелыми подошвами законов биологии.

Она вцепится в стол и будет рыдать - не по нему, конечно - по своей загубленной молодости, которую уже никто не вернет. Сколько людей по всей стране в те мартовские дни вот так же рыдали не по нему, старику, валяющемуся в луже своей отвратительной мочи - ПО СЕБЕ…!

Этот старик сломал хребет стране. Уничтожил крестьян, интеллигенцию, саму идею о бесстрашной, свободной мысли и жизни. Он не понял главного - рабы не могут созидать, они могут только таскать камни, строя большую пирамиду, пока свистит хлыст надсмотрщика.

Она вернется из лагеря с чудеснейшим любимым человеком -немецким врачом Антоном Вальтером. Еврейка и немец. Удочерят прекрасную девочку Антонину, дочь погибших ссыльных друзей


Они поселятся во Львове, который будет близок его сердцу за вид европейской архитектуры. Внезапно, когда все уже будет хорошо, у него откроются лагерная цинга и все другие болезни, заработанные им на “общих работах”- рудниках и лесоповале. Он все-таки успеет услышать главы ее книги, и расплачется.

Она похоронит его и никого больше так не полюбит. Она увидит Париж и Кельн. Она будет сражаться в дискуссиях с европейскими интеллектуалами против студенческих протестов в Париже 1968-го и Че Геварры, которому даст весьма справедливую характеристику. Она не поймет, зачем им нужен коммунизм, когда он уже принес одной стране столько горя.

Она напишет великую книгу, которая будет тут же издана в Италии, Англии, США. Но тогда еще - не на родине. Хотя в самиздате она побьет все рекорды тиражей. Она расскажет, что была другая версия книги, более резкая, но внутренний ее цензор заставил первую версию сжечь. Как жаль!

Она увидит литературную славу своего младшего сына Василия Аксенова. Они вместе будут бродить по набережным Сены и читать стихи. Оставив его плачущим четырехлетним малышом во время ареста и встретив уже годы спустя - юношей, она узнает великую силу своей могучей генетики. Она начнет строфу любимого поэта - сын ее окончит. Родство душ это когда совпадают литературные пароли.

От Колымы до Сены…

Она будет каждый год ходить по русским рекам на теплоходе: “открывать и закрывать навигацию”.

Умрет, окруженная искренне скорбящими, любящими людьми. Это хорошая смерть.

Мне горько представить, что она подумала бы о сегодняшней России, видя везде опять ненавистные тараканьи усы. Опять похожие формулировки обвинительных приговоров. Опять всевластие вечной нео-вохры, какими бы благородными аббревиатурами она ни прикрывалась.

Так напрасны были “крутые маршруты”?

Я вспоминаю у Гинзбург описание дней, когда всемогущие коменданты заискивали перед бывшими зеками -“троцкистскими террористами”, на фоне мощных раскатов Иоганна Себастьяна Баха. Ими решили возвысить столь банальную, стариковскую кончину советского божка. Поставили скамейку в комендантском кабинете, чтобы могли присесть “товарищи реабилитирующиеся”.

И как все поменялось в одночасье.

Никто не возражал, когда на магаданской площади вчерашнему божеству ночью надели на голову помойное ведро. И никто не протестовал. Так и стоял великий и ужасный в помойном ведре. А раньше бы -расстрельная статья всем родственникам до седьмого колена…

Люди страшно устают от культов личности и страха.

Все повторяется . "И вязнут спицы расписные в расхлябанные колеи".


Можно переписать и отменить историю, но законы биологии не подлежат отмене, обычно в финале - Бах, или “Лебединое озеро”, и помойное ведро на каменной священной голове…


promo ketiiiiiiii april 20, 2013 09:54 8
Buy for 100 tokens
Скайп-школа "GLASHA" приглашает на дистанционные уроки развития разговорных навыков с преподавателями из стран англосферы.

  • 1
Здравствуйте! Ваша запись попала в топ-25 популярных записей LiveJournal центрального региона. Подробнее о рейтинге читайте в Справке.

(Deleted comment)
  • 1