Katya Kalashnikova (ketiiiiiiii) wrote,
Katya Kalashnikova
ketiiiiiiii

Category:

Как лечить онкологию в России. Часть вторая

Итак, доктор из скоропомощной больницы взял квоту на проведение высокотехнологичной онкологической операции для моего муже. Интересно, о чем он думал в этот момент? Может быть решил потренироваться? Устал от травм и своего обычного контингента? Если честно, не знаю и знать не хочу. В этот же день мы беспринципно свалили из этой больницы.

Сами сделали ПЭТ КТ - сканирование всего тела. Это современное исследование, про которое, видимо доктор не знает или не посчитал нужным сообщить, показало, что других очагов, в том числе и в легких, нет. Соответственно, результат навел на мысли, что образование в голове не может быть метастазом. Хотя, в некоторых случаях, все таки бывают MTC без очага. Вопросы теснились у меня в голове, я днями и ночами проглатывала всю информацию в интернете.

Через неделю удалось получить вторую квоту на операцию в специализированной клинике. В этой операции, проведенной под компьютерным контролем на современном мониторе, участвовало 5 человек. Нейрохирург-онколог, микрохирург , который сшивал сосуды, радиотерапевт, химиотерапевт и заведующий отделением. Операция шла 3 часа.

Перед началом я попросила врача сделать три пробирки с пункционным материалом. Почему? Не могу объяснить.
Доктор пошел мне навстречу и я получила три идентичных образца ткани.

С горечью хотела отметить такую неприятную особенность онкологической болезни: на бытовом уровне царит канцерофобия. Большинство друзей и даже родственников, поохав по первому разу, совсем перестали звонить с предложением помощи, видимо, боясь услышать какие то неприятные для себя вести.

Хирург порекомендовал отвезти 2 образца материала в две другие специализированные клиники для перепроверки и одну отдал в свою лабораторию.

У Олега в палате были два соседа. Один, немолодой узбек, которому похожую операцию сделали днем раньше. Врач очень просил его хотя бы несколько часов после вмешательства лежать и не вставать. Что было у того в голове непонятно, но он при куче родственников, сидящих вокруг вдруг пошел курить. Начались судороги , он упал и потерял способность двигать рукой и ногой. Помятуя об этом, я приготовилась держать мужа за руку и ни в коем случае не разрешать вставать. Он уже был замечен в попытке вырвать из горла дыхательную трубку, спасибо, что это желание пресекли в реанимации, называемой здесь "пробудильник". Однако, пробирку требовалось срочно отвезти в лабораторию на соседнюю улицу, так как от этого зависел диагноз и последующее лечение. Дети к этому времени были в Испании и не получилось найти никого для помощи. Пришлось мне связать Олега, используя свой весь свой медсестринский опыт и самой метнуться в лабораторию.

К счастью, все прошло успешно, если не считать животной ненависти жены узбека, которая ее даже не собиралась скрывать. Она всячески шипела мне вслед каждый раз проходя мимо. Как будто это я была виновата в том, что ее мужа парализовало.

Первый анализ пришел через четыре дня и он показал невероятно редкий тип заболевания, который, о чудо! входил только в 1 % и его никто не предполагал. Минусом был неприятный момент получения заключения и парафинового блока и стекол, когда служитель, в платной клинике, выдававший материал сказал, что ему лично нужно дать 10.000 руб в дополнение к оплаченным в кассу 6.000. На мой немой вопрос он ответил, что иначе стеклышко же может разбиться прямо у него в руках.

У меня в глазах потемнело от злобы, но я отдала эту сумму без звука. А тем, кто осуждает меня за это просто хочу пожелать никогда не оказаться на моем месте. И служителю, конечно же- гореть в аду!

Наш доктор был очень доволен результатом и уже наметил план последующего лечения (облучения и химиотерапии)и мы сдали анализы на выявление генетического типа этого заболевания, со сроком исполнения 45 дней. Вдруг из местной лаборатории пришел диаметрально противоположный ответ, а именно метастаз.

Растерянный врач сказал, что он обязан изменить план терапии, так как он работает в данном лечебном заведении, и по правилам должен принимать результаты своей лаборатории для назначения плана лечения. Абсолютно несовпадающего с предыдущим.

Я спросила, возможна ли ошибка, мог ли кто то перепутать препарат непосредственно в лаборатории? Нельзя ли проверить не пришел ли кому то из оперировавшихся в тот день пациентов редкий диагноз? Но, он ответил, что проверить это нереально, хотя чисто теоретически ошибка возможна.

Я была в шоке и ничего не понимала. Однако, у меня оставалась еще третья пробирка, и я погуглив разные варианты, решила сделать контрольную проверку в Германии.


Subscribe
promo ketiiiiiiii april 20, 2013 09:54 8
Buy for 100 tokens
Скайп-школа "GLASHA" приглашает на дистанционные уроки развития разговорных навыков с преподавателями из стран англосферы.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 8 comments